Последние сообщения

Страницы: [1] 2 3 ... 10
1
Уфология / Re: Книги об уфологии
« Последний ответ от Владимир Емельянов. Сегодня в 20:34:43 »
Поясните пожалуйста. Вас интересуют книги фантастического жанра или всё таки именно по уфологии?
2
Библиотека / Re: НОСТРАДАМУС ЦЕНТУРИИ
« Последний ответ от bittone Сегодня в 20:01:59 »
Блуа не желает кровавой дороги,
Париж станет центром великих убийств,
В Ажане, Труа и Лангезах угрюмо жить многим,
Зато Орлеан ценит прежнюю жизнь.

Есть страны, где рожь от дождей пропадает,
В Апулии ж засуха губит хлеба,
Орлиную слабость петух замечает,
И льва изнуряет больная борьба.

Так! Аугсбург, Нюренберг взяты врагами,
А их подчинит себе вождь Агриппин,
Во Фландрии реет военное знамя,
Во Францию сильный противник спешит.

Испания!.. Годы великой разрухи,
А после — порядок и твердая власть...
Две армии бьются и служат враждующим духам,
И беженцы в пропасть боятся упасть*.

Король одноглазый теперь опечален:
Великий с Блуа его друга убил.
Законы страны и двора горевали:
Всю Францию надвое гнев разделил.

Я вижу, как рушатся стены в Лионе,
Как бурею сносит в Париже мосты...
Ведь большую часть шестисот семи дюжин хоронят,
Дождь с градом сечет на дорогах кусты.

Семь раз изменяла вся Англия облик.
Почти триста лет кровь струилась рекой.
Германия с Францией ждали здесь долго,
Страна над раздвоенной звездной судьбой **.

В Норильских горах был родной ему воздух.
Величие дел его смели забыть.
Большой человек в мир пришел слишком поздно,
Но Венгрию с Польшей успел защитить.

Мне страшен неведомый третий правитель
Загадочной, варварской, снежной страны,
Его же соратники им же убиты,
И старость его только ад охранит ***.

Из Азии вырвутся демоны злобы,
Памфилию с Лидией ждет крутоверть.
Здесь темный конец может многих угробить
И кровь пропитает и небо и твердь.

Великое братство с крестом христианским
Близ бурной реки тихий свет разнесет,
Из Месопотамии шло постоянство,
Которое враг и предатель взорвет.

Рука коротка, но язык его остер и длинен,
И он в Каркассоне опору найдет.
С бурливой Дуро, с Киринейского моря он виден,
И он до вершин Пиренейских дойдет.

* Испанские комментаторы Нострадамуса усматривают в этом катрене предвидение гражданской войны в Испании и предвидение победы генерала Франко.
** Когда Арии раздваиваются в Бастароманском небесном поле.
*** Многие комментаторы Нострадамуса склонны думать, что в этом катрене изображен Сталин.


Могущество Рима в куски разлетится.
Великий сосед разделяет судьбу.
Сомнительный гений в шута обратится.
Вчерашних союзников гонят и бьют*.

Шах Персии будет с коммерческим флотом.
Судам боевым — оттеснять мусульман!
В Цикладах грабеж, будут в Лидии их аванпосты,
Им отдых в порту ионическом дан.

Дождалися выборов нового папы,
Но рано достойный погиб кандидат,
Из древней гробницы вампир о вы лапы
Послали внезапно подсыпанный яд.

Погибнет великий Бейлиф Орлеана,
Замучен он мстящей, коварной рукой,
Ему ноги, руки связали обманом
И пыткой отправили в вечный покой.

Взойдет деспотизм философии новой,
Предтеча германской атаки на мир,
Крамольные мысли и смелое слово
Фанатики гнева хотят усмирить**.

Заброшены в Крым италийские части,
Испанцы зачем-то пробрались туда,
Кто глупо растравит чужое несчастье,
Сам гибнет во вражеских гневных водах.

Пойдет далеко молодой полководец,
Но пленом закончится слава его,
А полукабан старика в миротворцы проводит:
Шалон и Мансон слепо дружат с врагом.

Великобритания (значит, и Англия) будут
Страдать от разлива взъярившихся вод,
Ее Итальянская лига осудит
И снова поднимет народ на народ.

Те островитяне спаслись от осады,
Дав резкий отпор удалому врагу.
Те, кто голодал, будут искренне рады
Ограбить врагов, что в смятеньи бегут.

Лежит в одинокой могиле правитель,
И берег реки стережет его прах...
За золото титул другому купите:
Плебей держит знать в драгоценных тисках.

На горе всем тем, кто не с ним и не с ними,
Хромец дотянулся до важных постов,
Позор для страны это громкое имя,
Зверей не смягчить христианским крестом ***.

* Некоторые апологеты Нострадамуса уверены, что это крушение и Гитлера и Муссолини.
** Русские комментаторы Нострадамуса убеждены, что в этом катрене автор «Центурий» предвидел Маркса и марксизм.
*** Есть мнение, что хромец — это Геббельс, появление которого на исторической сцене Нострадамус предвидел. Скептики такое предположение высмеивают.
Некоторые апологеты Нострадамуса уверены, что это крушение и Гитлера и Муссолини.

Неаполь, Флоренция, Фаенца с Имолой
Натерпятся горя от их неудач.
И был недоволен несчастный из Молы,
Дразнивший начальство, терпи и не плачь!

Верона, Винценца и вся Сарагосса —
В крови, что стекает с преступных мечей.
Злодеев, бандитов к ответу не просят...
Как долго нам ждать благодатных лучей.

Откажется немец от веры христовой,
К языческим жизнь повернет временам,
Душа его будет в темнице суровой,
И он за жестокость поплатится сам.

Конец октября двадцать пятого года,
И век двадцать первый с тягчайшей войной,

Крушители веры своих устыдятся народов,
Шах Персии смят египтянской враждой*.

В темнице томятся матросы с Востока,
Их взяли шесть немцев с шотландским вождем,
С Калькре до Испании топчет их роком
Рабов, как подарка, шах Персии ждет.

Весь город охвачен тревогой и страхом,
Жалея напрасно разрушенный мост,
Маньяк, политическим поднятый крахом,
Занял генеральский, ответственный пост.

* Русские апологеты Нострадамуса находят, что это — самый важный для исторических судеб России катрен всех «Центурий». Исходя из данных астрологической математики, эти апологеты утверждают, что 2025 год — последний год, когда в Советском Союзе будут праздновать годовщину Октябрьской революции. Статуи Ленина будут сбрасываться с пьедесталов разъяренной и отчаявшейся толпой. Толпа остается толпой, и никакими космическими достижениями и уровнем образования ее не усмирить. Дело в том, что тогда, по мнению русских апологетов Нострадамуса, Советский Союз будет втянут в постоянную войну,— постоянную потому, что компартия поддерживала и укрепляла врагов России, а в войне 202£ года Китай объединится с арабским миром для войны против нее, причем Персия примкнет к Советскому Союзу, а не к его противникам.
Далее, русские апологеты Нострадамуса находят, что период времени с 1990 по 2025 год будет периодом массового подрыва революционного престижа. Разбитая войной 2025 года Россия станет родиной религиозного возрождения христианского мира.
Можно ли этому верить? Абсолютно точный ответ на это могут дать только будущие судьбы русской истории. Если кто-либо из русских обратится к данному комментарию в этой книге в 2025 году, он сможет проверить, насколько правы апологеты Нострадамуса.
Что же касается скептиков, то они называют такие предположения бредом, гнилой фантазией, недостойной образованного человека.
Нейтралисты доказывают, что речь в этом катрене идет не о мировой войне в 2025 году, а лишь о войне между Персией и Египтом, а также о пилатовском отношении Советского Союза к этой войне.
Нельзя забывать, что исторические процессы определяются и направляются борьбой случайностей и закономерностей. И в данном случае не исключен неожиданный крутой поворот событий от традиционного к благоденственному.


Стрекозы командуют бурей и ветром,
Железная буря — в груди у стрекоз
Эрвин и Аитибы войною отпеты,
Кто жизнь защитит от смертей и угроз?

Фатальны и тягостны судьбы Фоцена,
И выполнен будет суровый приказ,
Весь порт, точно волнами с гневною пеной,
Был залит врагом, что всем спуску не даст.

Его англичане отвергли с позором,
Гнев сжег бредовые советы его,
Партнеры непрочною стали опорой,
И выродок так и остался врагом.

Агент с Аквитании брошен в темницу,
Кельт длинноволосый его разглядел,
Какие же силы теперь под запретом?
И кто напряженность создать захотел?

Я вижу руинный, заброшенный город,
Он вымер, и жителей нет у него,
Бежали блудницы, убийцы и воры,
И мертвые пушки не ждут никого.

Был город захвачен коварством, обманом...
Разгул Раубинов вблизи от Ланде.
Предатель-юнец не пирует в их стане —
Убит он; друзья его гибнут везде.

Вожак, из Осона, в Испанию хочет,
Но путь его прерван в Марсельском порту,
Тоска перед смертью смежит его очи,
Предвидя грядущее чудо в цвету.

С Сардинии в Корсику флот не прибудет,
Обидно за Францию в этой стране,
Ведь, веря ей, гибнут и мучатся люди,
А берег так ревностно ждал кораблей.

Огромную армию жди с Барселоны,
И вот уже страхом ореян Марсель,
И страх острова очень сильно затронет,
Предатель плывет, чтобы скрыть свою цель.

Отрезана помощь с Эгейского моря,
Убит был старик, что хотел воевать.
Король с королевой в соблазне и горе:
И Кипр не может с врагом совладать.

Был пойман Сатир или Тигр Хиркании,
Везет адмирал драгоценный трофей.
Карманья уже за кормой; флот был в синей стихии,
К Фоцену неслись паруса кораблей.

Засохшее черное голое древо
За ночь возродилось, листвой шелестя.
Пусть честную мысль гонят местью и гневом!..
Ведь ею, как солнцем, всю жизнь осветят.

Последний период всю землю задушит,
Сатурну нас поздно спасать от обид.
В империи множатся черные души,
И вырвет Нарбонн ее глаз из орбит.

Правителю надобно быть в Авиньоне,
Когда опустеет от распрей Париж,
И гнев каннибальский Триканцев не тронет,
На смуты Лион променял гладь и тишь.

Да, скоро появится гений на свете,
Что станет орнаментом новых времен,
Искусство и мысль всех последних столетий
Еще не видали столь мощных знамен*.

Есть сила в ученьи и вымыслах Мора,
Ее сквозь века понесет Борисфен**.
Здесь бурей ломает гнилые опоры,
И шторм стал стихией иных атмосфер***.

Фосанца нашли с перерезанным горлом.
И гончие псы верят в черный успех,
У скал Тартианских дыхание сперло Февраль!
День тринадцатый знал этот грех.

Империя варваров встретит крушенье
Скорее, чем Феб совершит оборот,
И Сирия встретится с преображеньем,
Раз новый расцвет в Палестину придет
****.

*Когда Нострадамус умер, Шекспиру было всего-навсего три года. Сомнительно, однако, чтобы Нострадамус в отношении к Шекспиру как конкретной личности сыграл роль, равноценную роли волхвов, поклонившихся младенцу — Христу. Во всяком случае, такое толкование этого катрена представляется мне неубедительным и наивным. Но бесспорно, что тонкий ценитель театра, Нострадамус предвидел, что конец XVI — начало XVII века станут периодом возрождения драматического искусства. Предвидел он и появление нового гения сцены, каким — видимо, без ведома Нострадамуса — и оказался Шекспир. Тем не менее пророческое значение этого катрена оспариванию, как мне кажется, не подлежит.
** Борисфен— древнее название Днепра.
*** Эдгар Леони прав, когда находит, что это едва ли не самый значительный из всех катренов «Центурий». Утопический социализм Томаса Мора, породив многих последователей, до Маркса включительно, в будущих столетиях проникнет в славянский мир, точнее, в Россию, откуда он захочет командовать миром и перестраивать всю жизнь на земле. Предсказывая утопическому социализму великое будущее, Нострадамус оказался провидцем и в геополитическом смысле.
**** Некоторые видят в этом катрене предсказание основания Израиля. Но это совпадает и с возрождением арабских государств, окружающих Израиль.


Один на другого поднялись два брата,
И вспыхнет война не на жизнь, а на смерть,
Любая победа умножит утраты,
И пролитой крови векам не стереть.

Две армии сшиблись в свирепом сраженьи,
И топчут медовое поле бои. Вершины
Дюранса всей Месопотамии внемлют,
Раз Франция ведает цели свои.

Во Франции будут террор и насилья,
Завистник падет, пораженный стрелой.
Не казнь ль короля даст нам новые крылья?
Кто ж — друг или враг — нас прославит войной?
3
Библиотека / Re: НОСТРАДАМУС ЦЕНТУРИИ
« Последний ответ от bittone Сегодня в 19:48:02 »
ЦЕНТУРИЯ III

Уже не бушуют морские сраженья,
Великий Нептун отдыхает в глуби,
И красный бледнеет, боясь пораженья,
Но сам угрожает врага погубить.

Философ! Ищи золотой самородок
В мистических соках души и небес!
Дух — воздух материи всякого рода,
И Бог в частых звездах для знаний воскрес*.

Шатает дно Азии землетрясеньем,
Люб Марсу с Меркурием блеск серебра.
В Коринфе, в Эфесе заметны волненья,
И засуха Югу не хочет добра.

Оракул далек от иллюзий и страха,
Погоня за златом не знает границ,
Созвездья грозят нам руинами, засухой, прахом,
И колокол слова так скорбно звенит.

Быть бедствию между апрелем и мартом,
Затмению солнца и рыжей луны.
Двум слабым и щедрому голод смешает все карты.
Земля слышит звук милосердной струны.

Расколоты молнией старые храмы,
Страдалец-народ устремился туда.
Ослы, кони, люди и древняя память
Защиты от голода ищут всегда.

Садится звезда на копье боевое,
Грай воронов слился со звоном мечей,
К стене бунтари понеслися волною,
И плачем погашен свет новых лучей.

Уэльс звал соседей к большому союзу,
Чтоб вместе Испанию силы лишить,
Французская Лига да будет ей грузом,
Который мешает свободу душить.

Чужие хотят завладеть океаном,     
Поддержат Бордо и Рашель и Руан.
Британцы, бретонцы, бельгийцы наносят им раны,
Их флот у враждебных им градов и стран.

* Это катрен, излагающий воззрения Нострадамуса на взаимодействие Веры и Науки. Вера без знания неполноценна, а знание без веры односторонне.
Чужие хотят завладеть океаном, Поддержат Бордо и Рашель и Руан.



Грабеж и разбои кровавою бурей
Семь раз по всему побережью пройдут.
Монако живет под невольничьей хмурью,
Вождь самоубийством закончил маршрут.

Над городом будут воздушные битвы,
И в центре деревья срывает с корней.
В Венеции ждут короля для молитвы,
Нужны ли гондолы для царства теней?

Затоптаны земли у озера Леман,
И сильно разлились По, Тибр, Хебрус.
Плоты и погибших считал водяной ли демон?
Двух взятых правителей встретила грусть.

В темнице один пожирает другого.
Бьет молния в город, дворцы на куски разорвав,
Суда под водою грозят осьминогам,
В ковчеге златой и серебряный сплав*.

О Франция! Где твоя прежняя слава?
Слабеют потомки великих отцов.
Честь, труд и богатство нам дети отравят,
Но верьте в того, кто спасет им лицо!

* Многочисленных критиков Нострадамуса, с XVI века и по наши дни, можно разделить на три группы: на апологетов, скептиков и нейтралистов. Но и для тех, и других, и третьих данный катрен — один из наиболее «безумных» катренов всех «Центурий».
Критики XVI-XVIII веков считали, что это необыкновенно смелое, может быть, легендарное изображение урагана. Он был настолько могущественным, что вывернул с морского дна на берег корабли затопленного флота, которые были потом капитально отремонтированы, снова спущены на воду и введены в строй (в такого рода легендах, кстати, может быть — фантастическим образом замечательное — отражение действительности).
Критики XIX-XX столетий находят, что в этом катрене еще раз идет речь о подводных лодках наших времен (подводные лодки упоминались Нострадамусом ранее).
Наконец, скептики находят, что один Бог знает (да и знает ли?), что подразумевал Нострадамус в данном катрене.

Я знаю, как встретит военную славу
Неистовый регент на белом коне,
Но только не он будет Францией править,
А души погибших в мятежной войне.

Зов сердца сильнее удачи и власти,
Принц Англии в двух поединках бывал.
Один для него обернулся несчастьем,
Любимый сын матери сам горевал.

Ночь любит костер на хребте Авентайна.
Фламандцам досаден клубящийся дым.
Монарх изгоняет племянника тайно,
Но церковь не хочет об этом забыть.

Сперва заструятся молочные ливни,
Потом вспышки молний весь Реймс огрустят.
Кровавые схватки отцов и детей мне противны,
Король короля будет видеть не рад.

В Люкке умирает и принц и правитель,
Так ждите, что будет иной магистрат.
Молочных, но с кровью, дождей берегитесь!
Люкка! Бойся голода, войн и утрат.

Бьет Восток королевство Гренаду.
Не струится, а кровью исходит Бетиз*.
Магометовым людям воспрячь духом надо.
Ну, предатель с Кордовы, хватай же свой приз!

Была в Адриатике найдена рыба.
Ее голова как у многих людей.
У всех корабельщиков волосы дыбом,
И нет петуха на просторах морей.

Шесть дней этот город выдерживал штурмы.
Война беспощадна с обеих сторон.
Здесь три заключенных, усталых и хмурых,
Бросают мечи и сдаются в полон.

Зайдет ли Француз в Лигурийское море?
Увидит ли пальмы его островов?
Народ Магомета ждут голод и горе:
Араб гложет кости коней и ослов.

Настанут эпохи великих волнений,
Народ и довольство сгорят в мятежах.
Не сбился ль с пути возродивший нас гений?
Я —друг твой, о Франция! Мне ли тебе угрожать?

Он будет владеть королевством Наварра.
Неаполь с Сицилией вместе пойдет.
Фойкс сдержит Бигорру и Ландес недаром,
Один слишком сильно к Испании льнет.

Не думайте про короля или принца,
Что он одновременно идол и Бог,
Пусть рок воскрешает гонимых провидцев,
Что трубят в украшенный жемчугом рог **.

* Гвадалквивир
** Катрен, котором ещё раз сказалась убеждённость Нострадамуса в неизбежности крушения монархических режимов.


На эти сокровища не наглядеться,
Но принц Либианы к богатству привык.
Французу неясно арабское сердце,
Но будет понятен арабский язык.

Красивая женщина станет у власти,
На долгие годы пленив короля,
Народное благо не жертвуют страсти,
И худших времен не видала земля*.

Быть дерзостным битвам на море и суше!
Погибнет в боях поколенье отцов,
В открытьях науки погибшие души
Куют для реванша оружье сынов.

Дерзкий гений боев и турниров
Тот, который и хитростью брал,
Сдал судьбу шестерым командирам,
Взят в постели среди одеял**.

Две армии трижды сшибутся в сраженьи:
В Мединской, в Арабской, в Армянской земле.
Народ Сулеймана стал гибнуть в мученьях,
И берег Аракса о славе скорбел.

Могилы найдут Аквитанские люди
В сожженных раздольях Тосканских земель,
Марс в угол немецкий заглядывать будет,
И скорбно звенит мантуанская трель.

Как чудо, такой переход через Альпы.
Большой полководец обставил врага,
Замолкли вдали орудийные залпы.
Солдат не страшат голубые снега.

Не полдень ли время явления зверя?
Затмение солнца пророк предсказал.
А ранее в голод никто не поверил,
Надежных запасов никто не создал.

Покинули многие Запад Европы,
Где вождь будет родом из низких людей.
Одним — все соблазны, другим — плеть и ропот,
Так учит он жизнью и миром владеть.

Будь проклят, жестокий и злобный еретик,
Хотевший народ и закон изменить.
Сгорит его власть. Кто за злобу в ответе?
Людей, им убитых, нельзя воскресить ***.

Снаряды разрушат старинные стены,
И кровь будет смешана с ярым огнем,
Молись, осажденный, боящийся плена,
Был коршун заклеван свирепым орлом.

Мечом разрубается сбор винограда.
Француз и союзник — у горных вершин,
Победы иль смерти добиться им надо...
Что сговор правителей нам предрешит?

* Многие комментаторы Нострадамуса связывают этот катрен с именами Людовика XV и мадам Дю Барри. И он и она подготовили благоприятную почву для французской революции.
**Намек на арест и судьбу графа Монтгомери, смертельно ранившего Генриха Второго на турнире.
*** В этом, как и в предыдущем, катрене апологеты Нострадамуса усматривают предвидение автором «Центурий» судьбы Гитлера.


В три месяца думали семеро дерзких
Совсем Апеннинские Альпы занять,
Но бури и трусость того генуэзца
Ослабили злую и хмурую рать.

Война точно бой гладиаторов в цирке,
Кровь смочит песок и теперь, как тогда.
Кого тянет в сети кровавый и прыткий?
Чья гибель коварством и злобой горда?

Сверхметким снарядом летящему змею
Был в воздухе вышиблен огненный глаз.
Измена в совете правителя зреет,
И будет не выполнен строгий приказ *.

Двузубый младенец родится к несчастью.
В Тоскании каменный падает дождь,
Ячмень и пшеницу повалит ненастьем,
В бесхлебные годы жизнь станет невмочь.

Они—родом с Тара, Гаронны и Лота —
Пробьются к врагу с Апеннинских хребтов.
Могилам близ Рима с Анконой нет счета,
И черный в трофей обернуться готов.

Ей больно за нас, а совсем не от молний.
Грозе ненавистен страдальческий лик.
Глядит Богоматерь на нас, будто мы в преисподней,
Паря над землею, похожей на стон и на крик.

В храм божий прокралися пять святотатцев,
И кровь пролилась на церковном полу,
Кому над законом пришлось измываться?
И право в Тулузе бесчестьем зальют.

Спроси у покрытого звездами неба
Про город, который построил Планкус **.
Ни злого, ни доброго больше не требуй,
У судеб порою меняется вкус.

И бури эпохи срывают знамена,
Но ждет возрождения бывший монарх.
Надежды его на Восток несогбенный,
И вот в Митилены погнал его страх.

Убить половину! Другие зачахнут.
Семь тысяч несчастных томятся в плену.
Крепитесь, огарки! Надеждой запахло.
Как жаль, что пятнадцать в могилу сойдут.

Всю Францию ждут перемены крутые,
Со бытья летят на бунтарских конях.
Мятеж учреждает законы иные,
В Париже, в Руане господствует страх.

Республика держит кровавое знамя,
Как праздник встречая уход короля,
Но только погаснет мятежное пламя,
И смерть эшафотов увидит земля.

* Очевидно, это предвидение зенитных орудий.
** Это Лион.

4
Здравствуйте. Пост по теме. Готовился к операции, назначенной на 24. 02. 20 г. На три предоперационные процедуры нужно было ездить в больницу г. Караганды строго к 9 00. Живу в городе - спутнике. Организован. Зная график движения и время в пути междугороднего автобуса ( с остановками 40 - 45 мин. ), время движения внутригородского автобуса по г. Караганде ( с остановками 40 мин. ), наметил на первую процедуру выезд из своего города в 07 00 - 07 15.  19. 02. 20 г.  в 6 40  вышел из дома, в 7 00 - 7 10 сел в междугородний автобус. В дороге появилось легкое беспокойство опоздания. На остановке в г. Караганде успел выкурить сигарету. При посадке на нужный внутригородской автобус, посмотрел на автобусные часы, они показывали время 07 06. Удивился, посмотрел время на сотке 07 06. Приехал в больницу к 8 00. Пока ехал до больнице и ожидал приёма в 9 00 искал свою ошибку в расчётах времени. По приезду домой перепроверил все домашние часы. Отклонений от нормы не было. Вновь, пошагово восстановил свои действия по времени в то утро. Временных отклонений не было. Следующие две поездки 20 и 21 февраля по прежнему графику были без временных отклонений. В больницу приезжал к 9 00., а не к 8 00 как в первый раз. У меня есть предположение к случившемуся, но не более. 
5
Уфология / Книги об уфологии
« Последний ответ от Екатерина87 Сегодня в 19:00:10 »
Привет!
Давайте поговорим о книгах?
Как раз период коронавируса надо переждать, почитать что-нибудь охота.
Ищу что-то наподобие создания планеты Земля.
Очень была впечатлена книгой от автора Лаванг, История Руси 200 миллионов лет.
Там шла речь о том, как мы прилетели с Марса, прихватив с собой воду, сбросили на Землю, стали жить и воевать с пришельцами.
Вот что-то подобное ищу.
6
Время-пространство / Re: Сущность времени
« Последний ответ от mityok999 Сегодня в 16:18:55 »
Ладно  , эксперимент ещё проще.
Я утверждаю что частицы эфира постоянно падают на нас из космоса поскольку летят к центрам масс также взаимодействуя с нашей массой создавая иллюзию притяжения.Проверить можно обыкновенным строительным отвесом , он в покое занимает строгий перпендикуляр к поверхности земли.
Сама суть эксперимента .Возьмём лист бумаги, подвяжем его на тонкой нитке и расположим возле магнетрона микроволновки.  Параллельно стенке на расстоянии 5мм. Если магнетрон своим полем отклонит поток частиц эфира то бумажный лист должен отклонится соответственно к стенке микроволновки.   При включении не забываем про чашку чая внутрь поставить.И ещё один момент магнетрон с подогревным катодом  (задержка на разогрев пару секунд)
кроме теории "почему микроволновка в космос не улетает, если (см. пост выше) эфирные частицы пролетают сквозь металл" смотрим на "ядрёну экспериментальную установку" внимательно. Магнетрон в микроволновке расположен за панелью управления (слева на картинке) и соответственно "светит" влево, в рабочую камеру. Почему же тогда лист бумаги расположен справа от микроволновки?! 
Если вдруг (ну, предположим!) излучение магнетрона "отгонит" вбок поток этих эфирных частиц, то почему листок бумаги должен отклониться? Ну станет он легче.. И что? Причем тут отклонение?
Иван внимательнее читайте то что я выше изложил , эфир имеет структуру  . А значит если магнетрон светит влево и воздействует на поток и отклоняет его значит произойдёт отклонение и справа от магнетрона , то же в левую сторону . Соответственно лист бумаги будет вовлечён в область искажения потока эфира и отклонится влево.
7
Библиотека / Re: НОСТРАДАМУС ЦЕНТУРИИ
« Последний ответ от bittone Сегодня в 15:40:22 »
Бывает, что старая рана солдата
Опасней, чем вред, нанесенный врагом.
Осада с Брюсселя и Ганда не снята,
И ветер войны завывает кругом.

Число жертв, как видимо, семьдесят восемь.
Пожар и весь Лондон в огне, как в крови.
Мадонну на паперть горячую сбросит,
И вера в ожогах, раз мало любви**.

Там жить под ударом двух землетрясений.
Два моря затопят Коринф и Эфес.
Война двух врагов! Слышны шумы сражений,
И бурей срываются звезды с небес.

* Имеется в виду комета Галлея, которая в глазах многих астрологов является вестником бедствий, коварства и перемен к худшему.
** Генри Роберте считает, что в этом катрене Нострадамус предсказал лондонские пожары 1666 года, когда в соборе Св. Павла была повержена наземь со следами ожогов и копоти статуя Богоматери.

За что нас преследуют горе и беды?
Быть дикому бедствию в этом порту,
Здесь губят невинных, безмолвствует небо,
Но честь знатной дамы хулы не сотрут.

Весь город у моря —в тоске и испуге,
И вождь опасался внезапных атак,
Что знатных и бедных пришельцы погубят,
Что девушек схватит неведомый враг.

Его полководец адрийцев прославил,
В речах на пирах он творил чудеса,
Но сам он погиб, не уйдя от расправы,
Страну от руин не умея спасать *.

Корабль разобьется о скалы на море,
Погибнет Аббат, раз почует беду,
И тот, кто ушел от меча и от мора,
Был молнией ярой сражен на ходу.

Стена обвалилась еще перед боем,
И гибель великого встретят с тоской,
Кровь смешана с глиной и кажется гноем,
Разбитая лодка не сладит с волной.

Нет рук и нет ног, только хищные зубы
У страшного шара, что грозен, как черт.
Кого он с изменником вместе погубит?
Луна осветит покидаемый порт **.

Фронт Франции рвет Провансальские земли,
Нептун, видно, действует с ним заодно,
Нарбонн ж и копьям и дротикам внемлет,
И Марс метит город кровавым пятном.

В крови будут волны, на дно канут трупы убитых.
Доволен и мул, раз накормят овсом.
Прервались б скорей Пуникийские битвы,
Чтоб дух перемен не полег под косой ***.

Над гаванью свищет стрела с арбалетов,
Солдаты по лестнице к форту взнеслись.
Кровавые руки над брешью воздеты,
И пламя и дым за рекою рвались ****.

О, люди и звери! Вас ждет катастрофа,
Мабус к вам идет, чтоб средь вас умереть.
Комета с возмездья срывает покровы,
Разбои, кровь, жажду неся на хвосте.

Флот Франции не для угрозы Осону*****.
Честь Марны и Сены лежит на весах.
Но новой стены не пробьешь и не сронишь,
И жизнь Властелина возьмут небеса.

* И этот катрен породил множество толков. Есть мнение, что в нем Нострадамус предсказал судьбу Муссолини.
** Катрен, смысл которого вообще вряд ли возможно разгадать. Вероятно, речь идет об идее какого-то страшного оружия.
*** Перемениться должна была бы вся жизнь на берегах Роны, Луары, Галуса и Большого Джада.
**** Это один из эпизодов междоусобных схваток, которые, по предположению Нострада¬муса, затронут Ажан, Томан, Жиронду и Рашель.
***** Бордо.

Женевцев томить станут жажда и голод,
Но Бог ослабевшему помощь дает.
В Иллирии скорбь будет действовать скоро.
Поверьте, что флот в этот порт не войдет.

Шум парка наполнен бедой небывалой,
Созвездья прольют окровавленный свет.
На палубу мачта, как факел горящий, упала,
Теперь Инсурбия не встретит рассвет.

Он схвачен толпой у дворцовой колонны,
И город в осаде спасется из тьмы.
Позднее судьба не была благосклонной
К вождю, что когда-то бежал из тюрьмы.

Предвижу раздел океанских просторов.
И новые страны над белым пятном.
Дуэль кораблей разыгралась на море,
И плавают бочки с продавленным дном *.

Взметнувшие Север —в могучем стремленья
Широко врата распахнуть в океан,
И Англия жаждет расширить владенья,
Тесня паруса неугодных ей стран **.

Величье монархии рвут разногласья,
На время лишь счастлив французский король,
Со знати соседей срываются шляпы ненастьем,
И к нам перейдет безысходная боль ***.

С небес рвутся дротики, камни, раздоры,
Людей и деревья свирепо круша,
Но зверь ужаснется былого террора,
Когда искупления жаждет душа.

В Сицилию толпы изгнанников гонит,
Их голод и смерть обойдут стороной,
Их поздно искать, и их рок не затронет,
Раз жизни согреты счастливой звездой.

В Италию вторгнется армия галлов,
И римляне, изнемогая в борьбе,
Опять близ Тицина от страха воспряли,
Но под Рубиконом им не до побед.

* Это — один из примечательных и воистину пророческих катренов «Центурий». Нострадамусу было ясно, что после открытий Колумба начнется борьба за главенство над океанами, которая будет борьбой за великий передел земного шара. Дуэль, о которой идет речь, это дуэль между Испанией и Англией.
** В первых двух строках этого катрена дан намек на стремление Ивана Грозного не оставлять Россию только сухопутной державой, но и создать свой сильный флот. В третьей и четвертой строках говорится о соперничестве Англии и Португалии за главенство на морях.
*** Катрен, вызвавший особенно много толков. Я склонен думать, что и в нем отразилась мысль Нострадамуса о роковой неизбежности крушения монархического строя в будущих временах. Начатое в Англии (Кромвелем) перейдет во Францию (продолженное Маратом, Дантоном и Робеспьером).


Урод троерукий иль демон сражений
Три трона для Эндимиона несет.
Бенекльский берег фуцинские волны оценит,
И порт Лориньона война захлестнет.

Их видят и Сена с Осоном и Роной,
Привал их вблизи Пиренейских вершин,
Недолго пришедшим под знаком Анконы
Все судьбы и моря и суши вершить.

Чей труп возле дома злых птиц беспокоит?
На золото можно сухарь променять.
Ведь бушель пшеницы так дорого стоит,
Что люди друг друга готовы пожрать.

Свет молний в Бургундии будет зловещим *,
Точь-в-точь раскаленные копья в аду,
Сакристы в сенате коварством заблещут,
Раз тайные цели врагу отдадут.

Пожар озаряет свистящие стрелы
И черные чаны с кипящей смолой,
Противники стены разрушить успели,
Предателей скрыл тайный ход под землей.

Нептун выпьет кровью наполненный кубок,
И Галл с пуникийцем уходят ко дну.
Меч в ножнах, но мир острова не полюбят,
Мечта о пространстве не может уснуть.

Муж чернобородый умеет сражаться,
Презрев величайшую ярость и гнев,
И Генрих Великий способен сражаться,
Спасенных из плена в Селине пригрев **.

Большой человек оказался плененным.
Покой лечит раны и тел и души,
Но он не из тех, Кто навек побежденный,
Спастись от врагов он серьезно решит ***.

Волной бьет преемника Девкалиона
И город с небес поливало огнем,
А Либру не тянет к ее Фаэтону,
И флот африканцев сардинец клянет.

Голодные рыщут у логова волка
И думают зверя живьем захватить.
Здесь старший пред крайним проявит сноровку
И властных в толпе бесполезно учить.

Юра и Суабия —в сильных туманах.
Посеявший битвы увечья пожнет.
Руинное время из мглы не воспрянет,
И рана солдата, поверь, заживет.

* Существует легенда, что на этот катрен повлияла одна увиденная Нострадамусом работа Иеронимуса Босха.
** Катрен, выявляющий в Нострадамусе проницательного и дальновидного человека. Этот катрен как бы подводит итог битве при Лепанто, которая, как известно, произошла пять лет спустя после смерти Нострадамуса. Муж чернобородый—это Иоганн Австрийский.
*** Существует точка зрения, что именно этот катрен «Центурий» вдохновил Ронсара на стихотворение «После бедствия под Сент-Квен-тином». Большой человек, о котором идет речь, знаменитый Энн Монморанси, в свое время представивший Нострадамуса Генриху Второму и Екатерине Медичи.


Но целых полгода и девять дней горших
Дожди позабыли об этих полях.
В Кампаньи, в Сиене и в Остии ропщут,
В Далмации чуждый язык не зачах.

Живой арбалет мечет молнии с неба,
И кровь с лигурийской смешалась водой,
Цени независимость, где бы ты не был,
Лион над орлом вознесен был судьбой.

Давно Адриатику штормом шатает,
Здесь в щепы разбиты большие суда,
Египет горячка земли ожидает,
И горем пропахла морская вода.

Честь викингов смешана с кровью немецкой,
И он занимал позолоченный трон,
И рабство и воды знакомятся с дерзким,
Он знатною женщиной не укрощен *.

Весь округ в плену у золы и развалин.
Седьмому и пятому горестно жить,
А третий надежды в мечи переплавит,
И армиям ближе не Экс, а Париж.

Богатства и земли своим обещая,
Увяз этот демон по горло в крови,
Два сильных великий союз заключают,
Желая вампира совсем затравить.

Разбитая Венгрия жизнь переменит,
Законы Востока разлуку сулят.
Кастор и Поллукс! Во вражде ваши тени!
И выпьет столица страдальческий яд.

Под утро быть солнцу бледнее пожаров
И к северу тянутся грохот и дым,
Что голоду меч, наносящий удары,
И плач материнский столетьям не смыть.

Расплавленным золотом светится небо,
Чудесный огонь стал убийцей людей,
В открытьях есть зло без духовного хлеба,
Изгнанье и смерть появились везде.

От Тибра до Либии веет грозою,
Бьет пламя из замка и окон дворца,
Строитель больших кораблей —пред огромной бедою,
Ему не уйти от плохого конца.

Великий француз одолел оборону,
Велик нанесенный Италии вред,
Не пустят в изгнание четверть миллиона,
И люди у моря натерпятся бед.

Полки бунтарей на захваченном поле,
И много пустых и покинутых мест.
Народ! Нет тебе благоденствия боле,
Раз братская бойня готовится здесь.

* Трудно точно указать, кого именно подразумевал Нострадамус в этом катрене. Не исключена возможность, что это — король Густав Адольф.

Все небо окрашено кровью пожаров...
И ночь озаряют мечи и разбой.
Здесь перс македонцам наносит удары,
И Рона истерзана зверской ВОЙНОЙ.

Две реки красивейший город омыли,
Но римлянин Понтий не вступит на мост.
Кровь брызнет на землю, покрытую пылью,
Чтоб куст ярких роз из несчастия рос.

Воспрянет фанатик идеи кровавой. Ко льву *
жмется солнце над грешной землей.
Будь проклята эта вселенская слава,
Омытая жертвенной кровью людской.

*То есть к созвездию Льва.

Флот вдаль унесен резким северным ветром,
И кельтов пугает решительный час.
Пусть Рим недоволен был Францией дерзкой:
Пророчества стали звучать как приказ.

Гудят острова, как встревоженный улей,
Но их не сломает военный сюрприз.
На твердую линию люди вернулись
С вождем все грабителей бить поднялись.
8
Библиотека / Re: НОСТРАДАМУС ЦЕНТУРИИ
« Последний ответ от bittone Сегодня в 15:32:56 »
Ни меч, ни пожары того не достигнут,
Что может взять дьявольски хитрая речь.
Пойми же, король, что иллюзии гибнут,
Что крови напрасно не надобно течь.

В Фессалии, в Кандии тысяч пять пало,
Конец авантюрной затеи вождя...
Он скрылся, и бурей корабль не свалит,
А мертвые в небо чужое глядят.

Союз трех правителей помнят столетья.
Весь мир обагрен небывалой войной.
Потомки! Нарбонн наш исхлестан был плетью
И трупы на улицах помнили бой.

Весь воздух рад серой и ласковой птице,
Что ветку от пальмы держала в когтях...*
Большая война, наконец, прекратится,
Хоть умер ведущий народы сквозь страх.

* Символ мира.

ЦЕНТУРИЯ II

Гасконь под угрозой английского штурма,
Но дождь и мороз обесправят набег,
В Селине готовятся к действиям бурным,
Из холода в жар бросит яростный век.

Большой человек был повешен на рее.
За сколько же смерть покупает король?
Став белым, закон голубой не краснеет,
И Франция чувствует горечь и боль.

Огонь небывалый на море прольется,
Из плещущих рыб закипает уха,
Часть жителей больше домой не вернется,
Когда весь Родос стал похож на сухарь.

Становится кладбищем все побережье.
Повсюду разруха, и жителей нет в городах
Ведь варвар в Монако, в Сицилии грабит и режет
От лодок рыбачьих остался лишь прах.

Гонец был подхвачен железною рыбой,
Способной нырять до Романской земли.
Война управляет сиреневой зыбью
И к смерти большие ведет корабли.

Они разбивают ворота двух градов,
Насилия, голод, разбои, чума,
Живые здесь мертвыми сделаться рады,
Молитесь, чтоб Бог вам спасение дал!

Ждет голод людей, привезенных на остров,
Их мутит и рвет от древесной коры,
Но сходят дурные приметы с погоста,
Раз новый король лучший путь всем открыл.

Нет святости больше в соборах и храмах,
И попраны будут заветы Христа,
И с грудою старого, ржавого хлама
Смешается правды былой чистота.

Страна девять лет наслаждалася миром,
Но жаждущий крови убрал короля,
Народ погибает от гневного пира,
И новой свободы не видит земля.

Мне горько сказать, что жестокие эры
Опять завладеют мятежной землей,
И рабская будет царить атмосфера
Под маской любви и свободы большой.

Пусть знатные знают, что старший в их роде
Достигнет величья и к славе придет.
Но мощь эта страх поселяет в народе.
Потомкам предъявят мучительный счет*.

Суд правый воскрес из античных фантазий,
Фанатиков злобных накажет монарх,
Сокровища в храмах их больше не дразнят,
Спокойный народ забывает про страх.

Пред смертью мы слушаем голос оттуда.
Пусть тело покинуто солнцем души.
День смерти духовным становится чудом,
И днем возрождения стать порешит.

Со свитою в порт будут ждать королеву**.
Отмстят ли за тех, кому выколот глаз?
Борьба направляется властью и гневом,
И берег был в брызгах от волн, как в слезах.

В Турин, в Пизу, в Асти нет доступа людям.
Правитель убит, и в руинах земля.
Кастор и Поллукс безрассудных осудят,
С воздушного судна за морем и сушей следя***.

В тиранах узрят повелителей молний,
И падает с неба жестокий огонь.
Английская армия деспотов гонит,
Швейцарцы не будут под сильной грозой.

* Де Гарансьер, переведший «Центурии» на английский еще в XVII веке, писал, что этот катрен имеет отношение к роду лорда Айзнера, к его старшему сыну и потомкам старшего сына. По другой версии, Нострадамус имел в виду польского короля Сигизмунда Второго. Наконец, третья версия видит в этом катрене обобщение, судьбу многих аристократических родов.
** Видимо, этот катрен имеет отношение к Екатерине Медичи, не забывшей, что лорд Монтгомери оказался виновником смерти ее мужа.
*** Катрен, вызвавший шумные споры. Одни считают, что тут речь идет о созвездии Кастора и Поллукса и комете, появившейся в небе. Для других это не звезды, названные в честь героев античной мифологии, а космонавты. Сторонники третьей точки зрения считают, что в этом катрене изображена Италия второй мировой войны, после убийства Муссолини.


Грустит Богоматерь вблизи от вулкана,
И Этну увидел белеющий храм.
Здесь все виноградники в горе и ранах,
Все губит разливом рек северных стран.

Дожди помешали движенью двух армий,
И небо и море —сплошной водопад,
Не могут забыть даже спящие камни
Смерть этих семи, презирающих ад.

Пришельцам фортов для защиты не нужно,
Свободна от жителей эта земля.
Дороги, поля, города вырастают здесь дружно,
Но войны грядущему беды сулят.

Жестокое рабство ждет многие страны,
И взгляд василиска страшит короля.
Пусть братьям и сестрам напомнит о ранах
Покрытая кровью и горем земля.

Посол с неизвестным столкнулся в просторах.
Кораблик настигнут большие суда,
И к черному мосту притянут с позором,
Канаты и цепь отражает вода.

Солдаты не видят затопленный остров.
Земные деревья в воде не живут.
Клокочет волна исполинского роста,
И Ангелы смерти хоралы поют.

Но как умудрились разумные птицы
Орлиный дворец на крыле перенесть?
Пусть враг за рекой не устанет дивиться —
Военные хитрости трудно учесть.

Над зверем теперь уж не будет опеки.
Голодные звери плывут через Истр.
Решетки тюрьмы новым выбиты веком,
Дух бури немецкой над бездной повис.

Игра в благородный Союз провалилась,
И взят был обманом достойный наш форт,
Луару безвинною кровью залили,
Над Роной с Гаронной занесен топор.

Пожары и кровь станут знаком эпохи,
И бой проиграет большой человек,
А город израненный смотрит со вздохом
На По и Тезину, на трупы у рек.

Доносится с неба глас вещий и трубный,
И будущих бедствий нельзя избежать.
Замки с откровений сбивать очень трудно,
И трудно народам богов постигать.

Напрасно его признают за пророка
И будут дивиться заветам его.
Восставший народ чуда ждет раньше срока,
Потомкам своим не добыв ничего.

Восток сорван с мест ради власти над светом.
Снега, горы, воды — в лавине людской
Летают по воздуху, точно кометы,
Снаряды, разбившие прежний покой.

Он станет живым воплощеньем террора
И более дерзким, чем сам Ганнибал.
Ничто не сравнится с кровавым позором
Деяний, каких еще мир не встречал.

В Кампаньи, в Кастилии засуху знают,
Но только такой не случалось вовек:
Трава и листва без дождей пропадают,
И высохли русла у жаждущих рек.

В Далмации —кровь, молоко и туманы!
В Словакии —слезы, стенанья и плач,
Чума и война станут Базельской раной,
И зверь из Равенны страшней, чем палач.

Могучий поток был низринут с Вероны,
Близ устья распухшей, мятущейся По,
Корабль затонул, видя берег Гаронны.
Когда ж генуэзцы вернутся в свой дом?

Безумная злость освятит поединок,
И шпаги всех братьев сверкнут у стола.
Готовности к сговору нет и в помине,
Вся Франция адской дуэлью больна *.

Две речи о бедствии том не забудут,
Два дома во тьме полыхают огнем,
Два знака и солнце ** печальными будут,
Сгоревших же станут опазнывать днем.

Тиран перехватывал письма пророка,
Чтоб вскрыть их коварной и жесткой рукой,
Но знай: безнаказанность проклята роком,
И смелая мысль не уйдет на покой.

На выручку посланы лучшие части,
Удастся ль отбить нам захваченный форт?
Разбой и чума обе стороны держат во власти,
Десятки убитых для них не укор.

Звезда восходящего скоро погаснет,
И был не у власти безвольный монарх.
Взял верх созидатель несбыточных басен:
Парадом командуют хитрость и страх ***.

Разрушены школы республик свободных,
Тиран отменяет нежесткую власть.
Германцу, испанцу, Италии грозы пригодны,
От дерзких оружий все может пропасть.

Горят корабли горевыми кострами,
И звери обиды несут парусам,
На сушу и море тревогу направят.
Когда же покой нам дадут небеса?

Великий бульдог воет тягостным воем.
Из траура вспыхнет свет новой звезды.
Двух солнц за семь дней даже тучи не скроют.
Святой после смерти на землю глядит.

* Есть точка зрения, что в этом катрене Нострадамус расценивал грядущую французскую революцию XVIII века как братоубийственную бойню.
** То есть солнце будет под знаками Сагили-тариуса и Козерога.
*** Русские комментаторы Нострадамуса видят в этом катрене Керенского, Николая Второго в период февральской революции, а также Ленина.


Всесильный тиран погибает в постели.
Вся в ранах нога, перебито плечо.
Собаки, петух и коты свежей крови хотели,
И храбрость согрета надгробной свечой.

Три принца усердно врагов своих множат,
Комета * с раздорами дружит всегда,
Змей в Тибре совсем не легко уничтожить,
Гнев неба познают земля и вода.

Пришли музыканты к блистательной леди.
Звучали цымбалы, звенела труба,
И колокол пел баритоновой медью,
Орла улететь заставляет борьба.

Несчастна та мать, что родит Андрогена!
Воздушная битва мир кровью зальет!
Но судьбы безвинно погибших нетленны,
И помощь комета земле принесет.

Мотор разовьет сумасшедшую скорость,
Тараном пробив неприкаянный век.
Война будит мысль человека, который
Науке дает Прометеев разбег.

Дряхлейший противник отравлен был ядом,
И ожили прежде душимые им,
Спасаясь в пещерах, гонимые каменным градом,
Сумели они от невзгоды спастись.

Солдаты вершины штурмуют так скоро,
Раз к рыбам вернулись Сатурн, Арий, Марс.
Сайгонцы! Ведь мозг ваш отравлен позором:
Никто из петли капитана не спас.

Созвездья не скроют мелитцам всей правды:
Не всех покровитель сумел обольстить,
Бежавшие в Родос, в Бизанс будут рады,
Так мало желающих с бурей идти.
9
Время-пространство / Re: Сущность времени
« Последний ответ от Антифизик Сегодня в 15:27:52 »
Ладно  , эксперимент ещё проще.
Я утверждаю что частицы эфира постоянно падают на нас из космоса поскольку летят к центрам масс также взаимодействуя с нашей массой создавая иллюзию притяжения.Проверить можно обыкновенным строительным отвесом , он в покое занимает строгий перпендикуляр к поверхности земли.
Сама суть эксперимента .Возьмём лист бумаги, подвяжем его на тонкой нитке и расположим возле магнетрона микроволновки.  Параллельно стенке на расстоянии 5мм. Если магнетрон своим полем отклонит поток частиц эфира то бумажный лист должен отклонится соответственно к стенке микроволновки.   При включении не забываем про чашку чая внутрь поставить.И ещё один момент магнетрон с подогревным катодом  (задержка на разогрев пару секунд)
кроме теории "почему микроволновка в космос не улетает, если (см. пост выше) эфирные частицы пролетают сквозь металл" смотрим на "ядрёну экспериментальную установку" внимательно. Магнетрон в микроволновке расположен за панелью управления (слева на картинке) и соответственно "светит" влево, в рабочую камеру. Почему же тогда лист бумаги расположен справа от микроволновки?! 
Если вдруг (ну, предположим!) излучение магнетрона "отгонит" вбок поток этих эфирных частиц, то почему листок бумаги должен отклониться? Ну станет он легче.. И что? Причем тут отклонение?
Так вот вам еще пример того, что тут нужен не "мощный лазер" (опять бред! Что значит "мощный"? Милливатт? Киловатт? Мегаватт?"), а необходимо четкая теория "что, с чем, почему и с какой силой".
Короче, ТАКИЕ эксперименты ничего не могут показать и доказать. Потому что их автор просто троллит всех экспериментаторов. Даже в своих "идеях" он не понимает ЧТО делает. И противоречит самому себе.
Опять призываем кирпич салом натирать что бы эфир на кирпиче подскользнулся? ;D
10
Библиотека / Re: НОСТРАДАМУС ЦЕНТУРИИ
« Последний ответ от bittone Сегодня в 15:22:40 »
Наступят жестокие годы лишений,
И воск будет стоить дешевле, чем мед.
Монахи и пастыри —жертвы гонений,
И ветер безбожные песни поет.           

Догматиком создана новая вера.
Все зрелища славят великий обман.
Зверей благородною меркою мерят,
И зло как добро преподносится нам.

Великий огонь падал с гневного неба.
Три ночи стонала от взрывов земля.
Верь в чудо, напуганный, где бы ты не был,
Нам Экс и Миранд горевать не велят.

Женевское озеро вытерпит скуку
Надменных, пустых и коварных речей.
Чинушам и всем дипломатам наука:
Не верьте в политику мертвых лучей.

Все гаснет, все гибнет и рушится в Лету.
Я слышу биенье последних сердец.
Пять тысяч годов да еще пять веков жить осталося свету,
И наша история встретит конец*.

Проснется Восток в восемнадцатом веке.
Там даже снега оживут под луной.
Весь Север великого ждет человека:
Он правит наукой, трудом и войной**.

Какая страна родилась в океане,
Где праздник справляют однажды в четверг?
К ее берегам мысль с энергией тянет,
И тянет ковчеги для наций и вер.

Когда три созвездья*** приходят в смятенье,
Реформы повенчаны с мраком и злом,
Спаси, Бог, Италию с Францией от столкновений;
Ведь смутное время в их земли пришло.

Два зла Скорпион совместил воедино:
Великий подвижник так зверски убит.
Европа утратила лучшего сына,
И церковь и трон там чума навестит****.

* Светопреставление, по Нострадамусу, начнется на исходе седьмого тысячелетия христианской эры. Напомним, что сам Нострадамус родился и жил в XVI веке.
** Катрен, породивший множество толкований, иногда взаимно исключающих друг друга. Я склонен думать, что это намек на деяния реформатора России Петра Первого.
*** Сатурн и Юпитер будут у головы Ариев.
**** Странный и загадочный катрен, породивший множество толкований. Я склоняюсь в пользу тех, которые думают, что в этом катрене Нострадамус выразил свое отношение к казни Томаса Мора. Тот факт, что в «Центуриях» есть элементы «антиутопии», этого не опровергает. Нострадамус был способен объективно оценивать положительные качества своих противников и врагов.


Пусть новое золото люди добудут
И много найдут серебра в рудниках,
Но миру от этого счастья не будет:
Законы и совесть рассыпятся в прах.

Злой людям придется дышать атмосферой,
Раз деспот возглавит кровавый совет,
Когда переменит законы и эры
Двух яростных бунтов мятущийся свет.

Растут в городах вавилонские башни*.
На стены их брызжет народная кровь,
И весь небосвод будет гневом окрашен,
Чума с грабежами появится вновь.

Позднее иль раньше придут перемены.
Гоненья и ужас никто не смягчит.
Луной правит ангел, вскрывающий вены,
И небо дымящейся кровью чадит.

Итак, договор разрывается в клочья,
И кровь потечет из словесной борьбы,
Раз солнце и меда и сливок захочет,
То гневом пронизаны зовы трубы.

Вам странен уродец с двумя головами?
И будут четыре руки у него,
Но, если уж праздник Аквилла** прославит,
Фоссан и Турин убегут от врагов.

Осыпан был пеплом изгнанников остров,
На смерть их ведет хромоногий маньяк,
Их жгут на кострах подлецы и прохвосты,
Но слово погибших пробьется сквозь мрак.

Рожден близ Италии дерзкий воитель,
Империя будет в мятежной стране!
Но сколько солдат за тебя перебито,
Чудесный мясник, в безуспешной войне***!

Республика душит несчастьем и грязью,
Зато разрастется ее аппарат,
С ней Швеция рвет ослабевшие связи,
И беженцам трудно спастись от утрат ****.

* X. Аллен находит, что Вавилон у Нострадамуса в ряде случаев не библейский Вавилон, а метафорический образ великих городов будущего.
** О каком Аквилле (или Аквилларе) идет речь в этом катрене? У комментаторов Нострадамуса есть несколько Аквилл, претендующих на звание героя катрена.
Есть мнение, что это — еврейский прозелит, живший при Ариане, около 130 года и переведший Ветхий Завет на греческий язык.
Другие считают, что это — сподвижник Мартина Лютера, Иоганн Аквилла, помогавший патрону переводить Библию. Пожалуй, ближе к истине те, которые подозревают, что это —все-таки лютеровский Аквилла. Кто, как не он, мог в те годы вызвать неприязнь католической церкви?
*** Большинство комментаторов считает, что в этом катрене Нострадамус, как в телескопе, который наведен на время, а не на пространство, увидел звезду будущей славы Наполеона.
**** Катрен, вызвавший большие споры и множество толкований. Русские комментаторы связывают этот катрен Нострадамуса с гражданской войной в России. Но есть точка зрения, что Нострадамус писал о Швейцарии, а вовсе не о Швеции, предсказав беженскую трагедию в период французской революции.


Огонь, наводнения, бессильные скиптры —
Источник страданий и тяжких потерь,
Латонский цикл в бедствия будет зарытым,
Не скоро добро приоткроет нам дверь.

Нас прошлое хлещет ударами плети,
Весь в ранах был долгий, но мертвый покой,
А взрослыми станут спасенные дети,
И жизнь будет взорвана новой войной.

Все небо звенело от воя драконов.
Свет солнца был виден и ночью и днем.
Кабан с человечьим лицом рвет законы.
И речи зверей полыхают огнем.

От молний страдает невинный ребенок.
Дофин без руки в королевском дворце.
Вся жизнь будет взорвана бунтом и стоном,
И трое знатнейших —в терновом венце.

Поля и сады этой вести не рады,
И крыши домов побелели как мел.
Избиты отчаянным штормом и градом
Вивере и Торнон, Монсерра и Праделл.

Везде распростерлись разбои и голод,
И жизнь обезрадит земные пути,
Травой зарастут опустевшие села,
И нет молока в материнской груди.

Жестокие муки ждут трех невиновных.
Какой же род пыток для них изберут?
Отраву иль шпаги гвардейцев злословных?
Нет, рот им большой воронкой заткнут **.

Мир губят война, грабежи, наводненья...
И знайте, достигшие горных вершин:
Из хаоса трудно создать возрожденье,
Руины на дне неспособны ожить ***.

Приходят из Персии вести дурные,
Там все под дождями, разбоем, войной,
И жребий такой же вся Франция вынет,
Готовясь стать новой, бесстрашной страной.

Враг трижды захватывал город у моря,
И трижды его отбивали назад,
С испанцем, с Италией, с варваром Франция спорит.
Пожар, блеск кинжалов идут на парад.

Да, жителей прежних не станет в Марселе,
Спасались повсюду, включая Лион,
Убитых и пленных смогли сосчитать еле-еле,
Число их составит почти миллион.

* Цикл Латоны, матери Аполлона и Дианы, т. е. цикл месяца.
** Водяная пытка, или экзекуция воронками, еще практиковалась во времена Нострадамуса. Экзекуторы раздвигали рот своих жертв, чтобы воткнуть туда воронку, куда наливалась вода. Водяные пытки были очень мучительны.
*** Катрен, где Нострадамус, на творчество которого оказала воздействие философия неоплатоников, оправдывается от обвинений в косности и консерватизме.

Тунис и Алжир расшевелены персом,
Пять штурмов французам легко ли сдержать?
Леон с Барселоной пока что не тронуты бесом,
И горько Венеции бурь поджидать.

Их парус летит на свиданье с Эпиром,
Стремясь Антиохии помощь подать,
И черные волосы вьются над миром,
Чтоб рыжебородым пришлось бедовать.

Сийенский тиран овладеет Савоной,
И Форт не подпустит рои парусов.
Две армии рвутся к дорогам Анконы.
Вождь! Страхи похуже взбесившихся псов!

В столетьях останется жесткое имя.
Рок дарит трем судьбам наследье свое.
Не злоба веселье народа поднимет,
А дело, которое совесть найдет.

Сам Гордый Нептун черный парус заметил
В Калькре , когда флот огибал Рошеваль.
Кто ж умер, коня избивая злой плетью?
И меж двух морей воцарится печаль.

Народ домогается новых жакерии,
Разделится поле гражданской войной.
Ослабнет железная воля империй,
Былое растоптано гневной сестрой **.

Предвижу борьбу городов меж собою,
Борьбу без оружья за право на жизнь.
В Ажане и Эксе оплот монополий,
Бордо и Тулузу им надо загрызть.

Расколото молнией небо Бургондцев
К худому шестая планета блестит.
Чудовищный зверь стал бродить у колодцев,
И бунт всю весну на дорогах свистит.

Смерть правит и Каппой, и Тетой, и Ламбдой.
Сойдет справедливость с распутья дорог.
Когда же законность подружится с правдой,
И судьи— их девять —уйдут от тревог?

Боятся за будущность Австрия с Веной,
Решение вынес Великий Совет.
Здесь ветер трясет деревянные стены
И красит колонны в рубиновый цвет.

Шилон — чужестранец поделит добычу,
И гневом окрашены Марс и Сатурн,
Латинцев с Тосканцами страхи разыщут,
И Греция ждет пробуждения бурь.

Великого тенью огромной накрыло,
Кровавый фонтан бьет с отчаянных драк.
От копоти с солнца все небо дымилось,
И диск всей луны провалился во мрак.

* Старинное название Гибралтара.
** Следует, думается, согласиться с теми комментаторами Нострадамуса, которые видят в образе гневной сестры французскую революцию, ломающую и рушащую былые устои.


Король опечален ответами леди,
Послы опасаются жизнь потерять,
Гнев, злоба и зависть стремятся к победе,
Великий не в силах на братьев напасть.

Высокие подвиги ждут королеву,
Она на коне поскакала нагон,
Над речкою грива пылает от гнева,
К чему приведет этот яростный бой?

Столкнулись великие скалы друг с другом,
И рушится город в провалы земли,
Из кратера лава расплескана к Югу,
И брег Аретузы * был кровью залит.

Любовь может стать божеством и болезнью...
Но есть ли согласие церкви на брак?
Венец для великого держат над бездной.
Для бритых голов он гонитель и враг.

Быть в Мозеле яростным островитянам,
И люди Луары во власти смертей.
Вот город морскую погоню притянет,
И с башен видны паруса кораблей.

Неистовый монстр будет родом с Оргона.
Пусть колокол бьет в Пуатье и Бордо.
Рои парусов подплывают к Лангдону,
И Францию ждет Трансмонтановский гром.

Мы сами затеяли адские войны,
А Бог создал нас, чтоб мы были людьми.
Копье и мечи вижу в небе спокойном.
Быть бедствиям, многие лягут костьми.

Недолго царили покой с милосердьем,
Хотят взять реванш грабежи и разбой.
Ведь треть миллиона осудят созвездья.
Что ж! Смерть или плен обещает нам бой?

* Аретуза — мифологическая страна вечной весны.

Италию будет знобить от волненья:
Не верят друг другу орел и петух.
Никто не избавит их от опасений.
В испанцах и кельтах дух злобы потух.

Война впереди, а не сон о свободе,
Хотя и убит был Селимский тиран.
В ком вспыхнула совесть, тот к мести негоден
И страхом почет этой женщине дан.

Одним близнецом монастырь был построен
На крови героев с крестом на груди.
Здесь слава Вописка не знает покоя,
И орден могуществом мир удивит.

Падет фанатичная страсть к разрушеньям,
Раз вера тверда, точно лучший гранит,
Безбожное слово подвержено тленью,
И злой фанатизм наш храм не сразит.
Страницы: [1] 2 3 ... 10